23:54 

Выдуманный мир
bc johnlock makes everything beautiful ©
Пишет Eia:
15.11.2010 в 23:56


План был до смешного примитивен: требовалось лишить себя свободного времени. Лучше всего для этого подошла бы, конечно, работа – но не в поликлинике, а такая, которая соответствовала бы квалификации и опыту доктора Уотсона и в силу этого могла бы съедать его время сутками. Поиском её он и занялся. И прямо в понедельник ему повезло почти несказанно: специалист по неотложной хирургии оказался нужен не где-нибудь, а в больнице Святой Марии, и почти весь этот день Джон провёл в компании эндохирургической стойки. Как и почти весь следующий. И следующий. И ещё.
Ему действительно стало легче.
Но до понедельника случилось воскресенье. Миссис Хадсон на все лады выпытывала у Джона, в чём дело, с поразительным упорством отказывалась понять, что он съезжает навсегда, и в итоге настояла, чтобы ключи от квартиры до конца месяца остались у него. Лестрейд привёз на Бейкер-стрит свидетельские показания для подписи и, не обнаружив Джона, до позднего вечера изводил его вопросительными сообщениями на предмет здоровья. Донован интересовалась, жив ли он вообще. Майк Стэмфорд предлагал временно поселиться в его квартире. А ночью доктор Уотсон удалил свой блог, и Гарриет принялась вызванивать его так яростно, что, в конце концов, Джон просто вышвырнул телефон в окно.
Блог, конечно, был виноват в случившемся ничуть не больше, чем Шерлок, но оставить в покое и его Джон просто не смог. Он открыл дневник, сидя на подоконнике в гостиничном номере, чтобы написать о вчерашних событиях в окрестностях Росса. И даже вбил название истории: «Тайна Боскомской долины». Но вместо этого стал читать, и читал целый день, и к ночи был почти пьян. Слишком мало в его текстах оказалось от развлечения и слишком много – от обладания. Вряд ли это было заметно кому-то ещё, но Джону виделось со всей ясностью: пока он писал о единственном в мире консультирующем детективе, Шерлок принадлежал ему. В определённом смысле, но весь, со всеми своими непослушными кудрями и нервными пальцами, дурными привычками и дедуктивным гением. Интересно, что он сам думал об этом?.. И ничего другого сделать с дневником теперь было нельзя – только удалить целиком.

И только одна проблема не решалась так просто. Университетская больница располагалась в Вестминстере, и от неё до Бейкер-стрит Джон без особого труда дохромал бы и в гораздо худшие времена. В первую неделю, возвращаясь с работы, он прошёл мимо дома 221b дважды, во вторую – трижды. Шторы на окнах неизменно оказывались задёрнутыми, и света за ними не было. О том, что сделал бы, увидев в освещённом окне знакомый силуэт, Джон старался не думать.
Он точно знал, что может жить и без Шерлока. Но не помнить о нём было немыслимо.

...

- Миссис Хадсон! – ничего не дождавшись, Джон решился и открыл дверь – стоять под моросящим дождём было неприятно. Конечно, лучше, если бы почтенная домовладелица сама спустилась к нему, а не наоборот, но та, очевидно, находилась вне пределов слышимости. – Миссис Хадсон! Это я!
Доктор Уотсон огляделся и обнаружил, что дверь в комнаты хозяйки на первом этаже заперта.
- Миссис Хадсон! - он постучал и прислушался. Ответа не последовало.
Тогда Джон взбежал по лестнице и заглянул в гостевую кухню – больше похожую, как и всегда, на химическую лабораторию или музей судебной медицины. Миссис Хадсон не оказалось и там. Гадая, что бы это всё могло значить, Джон собрался позвать ещё раз, но тут в гостиной пронзительно скрипнул диван. И голос Шерлока подсказал со всей возможной язвительностью:
- Неужели ничто не наводит на мысль, что её здесь нет?
- Очень странно, - хладнокровно ответил Джон. – Потому что она, вообще-то, просила меня принести ей ключи.
- Определённо, странно, - согласился Шерлок. – Особенно, если учесть, что нет её в Лондоне уже два дня, и приедет она только послезавтра.
Джон застыл.
Диван скрипнул ещё раз – Шерлок, прошлёпав через комнату босыми ногами, свалился в кресло, стоявшее у двери.
- Если бы ты не работал двое суток подряд, - сказал он, - вспомнил бы, что ей неоткуда узнать твой новый номер.
Джон вздохнул. Всё было верно. Он получил сообщение, когда переодевался, собираясь уходить из больницы, и так устал, что ни о чём таком даже не подумал.
- У тебя измотанный вид, - не дожидаясь вопроса, который Джон и не задал бы, объяснил Шерлок. – Но не просто измотанный: глаза покраснели, шея слегка затекла, а вокруг ногтей от стерильных перчаток остались следы талька, хотя ты и принимал душ. И даже отсюда я чувствую запах кофе. Что ещё? Ты пришёл сюда пешком, судя по состоянию обуви, но не издалека, потому что куртка почти не промокла. Я думаю, это Святая Мария. И уровень как раз твой... Зато домой ты поедешь на метро, и, вероятно, через весь город. А квартиру снимаешь у женщины; с вами живёт довольно крупная палевая собака, которая бесцеремонно спит на твоём свитере, когда ты этого не видишь. И пусть себе спит, пока может – потому что Сара вот-вот предложит тебе переехать к ней...
- Как хочешь, - слабо улыбнувшись, перебил Джон, - но в этом действительно есть что-то нечеловеческое.

Шерлок небрежно тряхнул головой, хотя глаза блеснули. Выглядел он безобразно, но определить на вид, как давно он сидит без дела, Джон не смог. Специфическую клинику имели только первые три-четыре дня апатии – ясно было, что сегодняшний не из них, но и только.
- Как ты себя чувствуешь? – Джон заглянул внутрь холодильника. Просто чтобы не стоять столбом среди загромождённой кухни. Холодильник оказался совершенно пуст – ни еды, ни запчастей к трупам.
- Как на черта никому не нужный кусок золота, - ответил Шерлок.
- Прости, что? – переспросил Джон, захлопнув дверцу.
- Как всегда.
- Я слышал по радио: третьего участника ограбления поймали в Венесуэле. Под чужим именем и с поддельными документами. Сказали, Интерпол сработал на отлично.
- Ага. Интерпол, как же.
Джон помолчал.
Шерлок смотрел на него, сложив руки в любимом жесте – так, чтобы кончики пальцев едва соприкасались. Взгляд был тот самый, от которого Джону и раньше становилось не по себе.
- Ну, ладно, - Уотсон покопался в карманах куртки, нашёл связку ключей и бросил их на стол. – Мне лучше поспешить. Передай миссис Хадсон, что я заходил.
- Нет, - не отводя взгляда, сказал Шерлок. – Тебе лучше остаться.
От неожиданности Джон вздрогнул и забыл выдохнуть. Нахмурился. Закрыл глаза. Открыл: Шерлок продолжал смотреть, словно зная, что тем самым лишает его способности двигаться. Губы мгновенно пересохли.
Джон с трудом заставил себя сделать выдох и собраться.
- Я думал, мы обо всём договорились, - напомнил он как можно сдержаннее. – Я ушёл, потому что ты попросил об этом.
- Ты ушёл, потому что сам так решил. Я просил тебя только остановиться.
- Что? – Джону стало смешно. – И как же ты себе это представлял? Я похож на человека, у которого где-то есть рубильник или пульт дистанционного управления с кнопкой включить-выключить? Или ты надеялся...
- Я не знаю, что у тебя есть и где, Джон. Ты ни на кого не похож. Я такое вижу в первый и, очевидно, последний раз в своей жизни. И я надеялся – точнее, я очень рассчитывал, что ты придумаешь, как остаться со мной.
Слов не было.
Уотсон недоверчиво покачал головой.
- И ещё одно... - Шерлок, наконец, отвёл глаза. - Правда, тоже – совсем не то, что ты хочешь услышать. Насчёт «отпусти меня», чем, подозреваю, я впечатлил тебя сильнее всего. Мне не понравилось.
Джон сглотнул.
- И я даже не понимаю, почему. Можешь внести это в свою модель как необъяснимую данность. Я хочу быть твоим небом. И всем остальным тоже. Хотя по-прежнему считаю, что ты мог бы поискать и более гуманный способ самоубийства.
- Это всё? - Джон осторожно потёр виски, пытаясь уложить услышанное в голове. Он до сих пор не понимал, сердиться ему хочется или смеяться.
- Ты мне снишься, - добил Шерлок. Покосился и добавил: – И ещё у меня наклёвывается дело. Вчера в Уокинге прямо из ангаров McLaren исчез гоночный болид, подготовленный к этапу «Формулы-1» в Сильверстоуне. Майкрофт просил взяться. А в команде утверждают, что вывезти машину из города было невозможно.
- Ну, тогда его там просто негде прятать.
- Да, я весь день ждал, что позвонят и скажут – сами нашли. Но, видимо, придётся туда съездить.
Джон немного помедлил, потом заложил руки в задние карманы джинсов и шагнул в комнату.
- Хорошо, - сказал он. – Я что-нибудь... придумаю.
Шерлок улыбнулся: краешком губ, как всегда, когда происходило именно то, чего он ждал – но до странности задумчиво. Видимо, что-то в этом ожидаемом и сбывшемся его смущало.
- Хочешь идею? – спросил он. - Хотя бы на первое время?
- Нет.
- Нет?
- Она никчёмная. И пришла тебе в голову давным-давно.
- Почему ты так думаешь?
- Да ясно же. Ты предлагаешь дополнить абсолютное зло осложнениями в виде чуть менее плохих вариантов.
- Я думаю, они его разбавят.
- Твои идеи, - Джон прикрыл глаза, напрягаясь от сдерживаемого волнения, как пружина, - день ото дня всё абсурднее.
- Значит, шансов нет? – пристально глядя на него, спросил Шерлок.
- Никаких, - постановил Джон.
И поцеловал его.

И всё ему удалось поймать: изумлённый взмах ресниц, растерянный выдох, восторг в полыхнувших зрачках. И, конечно, губы Шерлока сразу впились в него нетерпеливо и требовательно, и, конечно, целовали они совершенно беспомощно – не поцелуй, а несчастье – и Джон всё равно вспыхнул, как спичка, от первого же прикосновения. Он не сомневался, что Шерлок умеет иначе, но запомнить хотел именно это торопливое и жадное несчастье.
И ещё кое-что.
Он зарылся пальцами в тёмные кудри, заставляя Шерлока запрокинуть голову – подчиняясь его губам полностью и завладевая ими безраздельно. И ответил, как хотелось. Отпустил, когда желание перехлестнуло через горло, и дышать стало нечем. Отстранился – голова кружилась – и стал ждать, пока его небо откроет глаза.
- Я прав, - едва дыша, сказало небо. – Как всегда.
И Джон, наконец, рассмеялся.

the end

URL комментария

URL
   

Заменитель бумаги

главная